sincerity

Джейку всего двадцать лет. Это не тот возраст, когда молодые парни ведут себя серьёзно — некоторые только поступают в университеты или бросают курить наркоту, чтобы организм не превратился в иссохшуюся курагу. Ему всего двадцать — и десять из них он работал, чтобы прокормить себя и больную мать, умершую совсем недавно — слишком ожидаемо, чтобы он не подготовил всё для её похорон, и слишком неожиданно, ведь он был в другом городе на вылазке, обещавшей крупную сумму. Рядом с Джейком Мюллером не было никого, на кого можно было по-настоящему опереться, на чью помощь он мог бы рассчитывать. Чаще всего для близких людей именно ему приходилось быть опорой. Он привык. Привык подставлять плечо, руку, прикрывать своим телом. Слишком поздно он осознал, что это не стоит делать за «спасибо», но, чёрт возьми, ему всего двадцать лет! Он простой наёмник и пусть этот полученный на лице шрам будет единственным, за что ему не заплатили. Спасённый им старый друг принял дозу и чуть не прирезал его — Джейк едва увернулся, порез вышел не таким серьёзным, но оттого не менее болезненным. Ему было всего пятнадцать, и он жалел тогда лишь о том, что ебанная дурь и алкоголь почему-то не бьют в голову, хотя ему так хотелось расслабиться. Маленькая девчонка с ксивой по имени Шерри — а фамилию он благополучно прослушал, — обещала ему защиту. Джейк наивный мальчишка, который поверил ей почти сразу. Подумал: «ну хотя бы раз, ну хоть кто-то — сделайте выбор за меня, я заебался вывозить один.» Стоит ли упомянуть, что он за это поплатился? Последнее, что он помнил — это перестрелка в охотничьей избе, где он на автомате, безо всякой задней мысли, опрокинул Шерри на пол, будто почувствовал опасность. Через секунду пулемётная очередь перехерачила все окна и дверь. Украденные крохи тепла исчезли в моменте, когда Шерри выскользнула из-под его напряжённого тела и опрокинула стоящий сбоку стол, выкрадывая для них пару секунд. Джейк уже перезаряжал пистолет, не стесняясь в выражениях — их прерванный разговор не пришёл к завершению; девчонке ещё было что ему сказать. Несколько гранат, украденных у тупорылых джаво днём ранее, взорвались у тех под ногами, подняв столб пыли и предсмертный рёв. Сука-удача почти улыбнулась им, но Устанака, управляемый одной смазливой брюнеткой, отправил Джейка в длительный нокаут. Остатками сознания он услышал крик Шерри, но ничего не мог поделать. Темнота его убаюкала. Он попал в плен. Спустя какое-то время узнал, что и Шерри тоже. К нему приходили люди, выкачивали из него всё, что могло дать его тело. Исследовали. Говорили, какой же он удачливый гад, раз так долго прятался, но «папину личину не спрятать». Что они имели ввиду? Джейку нужны были ответы. Шерри должна их ему предоставить, иначе… Иначе он не пойдёт с ней. Он ведь, ха-ха, всё ещё нужен её начальнику. — Я рвусь из одной тюрьмы в другую, слепо надеясь, что золотые горы, которые мне наобещали, не превратятся в дерьмо. — Мюллеру уже просто смешно с себя, с этих глупых кошек-мышек, где он впервые примерил на себя не роль охотника. Добычи. Он для этого мира — ресурс. Расходный материал. Чуть более ценный, чем все остальные, но он сраный расходный материал. Если раньше Мюллер думал, что стерильно белая палата разъела его глаза, то он ошибался — выстиранные коридоры без единого тёмного пятна казались ещё невыносимее. Он сумел прорваться вперёд грубой силой, оставляя после себя трупы охранников и капли чужой крови; весьма быстро он наткнулся на комнату охраны с системой наблюдения, а путь дальше был перекрыт дверью с причудливым кодовым замком. Щёлкнув пару раз компьютерной мышью, он немного ознакомился с планировкой здания «НеоАмбреллы», в которой ему повезло очутиться. Добрался до раздевалки. Почти пролистал дальше, но замер, увидев, как необычно медленно открылась обыкновенная дверь сбоку и как в комнату прошмыгнула маленькая белая тень. Джейк не поверил своим глазам. Супердевочка решила сбежать чуть ли не в тот же момент, что и он. Спустя полгода. Очаровательно. Кто нарядил её в такую короткую пошлую робу, тот, очевидно, не скучал на работе… — Блять! Спрячься, женщина, тут два типа с шокерами, — зашептал Мюллер, приникнув к экрану. Шерри наверняка услышала их, раз спряталась в один из шкафчиков у двери с кодом. Тупые ублюдки всё же не заметили её и прошли дальше — Джейк, увы, имел не тот обзор, зато Шерри, сообразительная девочка, код увидела, выждала минуту и осторожно последовала за ними. Коридор был светлым, неприятно стерильным; она двигалась по нему бесшумно, босиком, и достаточно оперативно устранила двух дурачков, обзаведясь их оружием. За неё стало немного спокойнее. С чего бы ему вообще тревожиться? Джейк уже видел, как она сражается. Знал, как метко она бьёт под дых, по яйцам, в глаза, как прорезает охотничьим ножом лёгкие, прорываясь через ломкие рёбра заражённых. Она была сильной и ловкой — как агент хороша, но кажется такой зелёной… Сколько же ей лет? Вряд ли сильно старше его самого. Возможно, он — её первое и невыполнимое задание. — Ты обещала доставить меня своему начальничку. И деньги, — он моргнул. Отмер, отлип от экрана, будто очнулся ото сна. — Да, деньги… Только ради них я тебя спасаю. Она шла вперёд, наугад, но будто бы к нему, как потерянный корабль стремится к свету маяка. Мюллер подскочил к двери весь на адреналине, заколотил по металлической обшивке кулаком: — Супердевочка, говори пароль! Её голос был усталым, но радостным. Он едва расслышал её сбивчивые объяснения, открыл дверь и увидел, что она, вся заляпанная чужой кровью, как и он сам, потянулась к нему за объятиями — и в паре сантиметров от него вдруг осознала, что они оба, мягко говоря, не одеты. Отпрянула, прикрываясь маленькими ладошками, отвернулась — и всё тепло будто вытянуло из помещения, аж мышцы у Джейка свело от холода. Он почесал бритый затылок, впервые за двадцать лет смутившись своей реакции: — В комнате со шкафчиками должна быть какая-то одежда. Пойдём. Он имел неосторожность посмотреть на неё снова. И, чёрт возьми, ещё раз. Нежная белая спинка, плавный изгиб ягодиц, от которых тут же сделалось сухо во рту — он сжал зубы, затряс головой, как пёс, и принялся шариться по полкам чуть дальше от неё. Одевшись, она не дождалась, пока он наденет кобуру и найдет остальное снаряжение — тут же прижалась, оплетая руками шею, поднимаясь на носочки, прошептав: — Рада, что ты цел. Это было приятно — настолько приятно, что он даже не выдавливал из себя ответное: — Я тоже. — и это было абсолютно искренне. Джейк обнял её одной рукой, сомкнув глаза на пару секунд. Они были никем друг для друга — даже не друзья: лишь совсем немного напарники и коллеги по несчастью, но эти проведённые полгода сблизили их сейчас настолько, насколько связали обязательствами. Шерри, кусая губы, протянула: — Мы выберемся отсюда. Я… отведу тебя начальству. И ты, наконец, получишь свою награду. Джейк провёл по её щеке ладонью — нежно, как она когда-то, в той ебанной избе морозным вечером — и, прищурившись, обхватил бледное горло, вжимая Шерри — чью фамилию он так и не вспомнил — в дверцу шкафчика. Зафиксировал намертво, как бабочку пришпиливают булавками за крылья. — А теперь без недомолвок, Супердевочка. Мы тогда не договорили.