Часть 2

***

Ксейден

Рассвет над Аретией всегда был холодным, но в то утро воздух казался особенно колючим, словно сама природа пыталась предупредить о грядущем. Я стоял на балконе наших покоев, наблюдая, как первые лучи солнца золотят шпили крепости. Внизу, на плацу, уже копошились фигурки всадников. Вайолет затягивала ремни своей летной куртки. Её движения были четкими, профессиональными, лишёнными всякой суеты. За три года она превратилась из кадета в Генерала, чей авторитет в Террендоре был непоколебим. Но для меня она всегда оставалась моей Вайоленс. — Ви, я прошу тебя в последний раз, — я обернулся, чувствуя, как тени в углах комнаты сгущаются, отражая моё внутреннее напряжение. — Поручи это Рианнон. Или Гаррику. Это всего лишь вылазка по зачистке остатков вэйнителей. Тебе не обязательно быть там лично. Вайолет подошла ко мне, её сапоги гулко стучали по каменному полу. Она положила руку мне на грудь, прямо над сердцем, которое билось только ради неё. — Ксейден, мы уже это обсуждали, - мягко, но твердо сказала она. — По донесениям, там не просто «остатки». Там группа, которая терроризирует наши южные поселения. Мои солдаты гибнут там, как мухи, пытаясь их выкурить. Если моя молния может закончить это быстрее и спасти хотя бы одну жизнь - я полечу. Это мой долг как генерала. И как твоей жены. Я стиснул зубы. Клянусь, в тот момент я всерьёз подумывал о том, чтобы издать указ и лишить её звания. Как герцог, я имел на это формальное право. Но я тут же отбросил эту мысль. Это бы не просто разозлило её - это бы разрушило то доверие, которое мы так долго восстанавливали. Вайолет невозможно запереть в золотой клетке. Если я попытаюсь это сделать, я потеряю её гораздо вернее, чем это сделает любой враг. — Три дня, Ксейден, - она потянулась на цыпочках и поцеловала меня в подбородок. — Всего три дня. Тэйрн уже ворчит, что мы заставляем его ждать. «Она права, сопляк», — пророкотал голос Тэйрна в моей голове. - «Прекрати пахнуть страхом, это портит мне аппетит перед охотой». Пришлось нехотя согласится. Я проводил до самой площадки. Черная тень Тэйрна взмыла в небо, сопровождаемая золотистой вспышкой Андарны. Каждый раз, когда она улетала, в моей груди образовывалась пустота, к которой невозможно было привыкнуть. Но я научился жить с этой тупой болью, убеждая себя, что она - самая могущественная всадница поколения. Первые два дня прошли в обычном режиме: бесконечные заседания Ассамблеи, отчеты о восстановлении торговых путей и споры о распределении ресурсов. Я заставлял себя концентрироваться на работе, хотя часть моего сознания всегда была настроена на связь с Вайолет. На третий день - день её предполагаемого возвращения - я не находил себе места. Отменил вечерний приём, ссылаясь на недомогание, и провёл часы на вышке, всматриваясь в горизонт. Наступило утро четвертого дня. Солнце взошло, но Тэйрн так и не появился. Я зашёл в ангар, где Сгаэль точила когти о скалу. Её чешуя переливалась синевой, но её движения были нервными. «Сгаэль? Что ты чувствуешь?» - спросил я. Она замерла. Её огромные глаза сузились. «Ничего, Ксейден. Либо они все еще слишком далеко, либо что то случилось». Холодный пот прошиб меня до костей. Сгаэль и Тэйрн - пара. Они чувствуют друг друга всегда. Если она не может до него дотянуться, значит, что-то блокирует магию. Я вернулся в свой кабинет, не в силах больше скрывать свою тревогу. Тени в комнате начали метаться, повинуясь моему гневу. Я послал три отряда разведчиков в разных направлениях, но ожидание было пыткой. Спустя пять часов, когда солнце уже начало клониться к закату, дверь моего кабинета распахнулась без стука. Вошёл молодой солдат, его форма была в пыли и копоти, лицо осунулось. — Ваша светлость... — он задыхался. — Нападение. На форпост запада. Я мгновенно оказался рядом с ним, схватив его за воротник. Мой голос был похож на рычание зверя. — Докладывай. Всё. — Группа... их было не трое и не пятеро, как мы думали. Более сорока вэйнителей. Они ждали нас. Это была засада. Генерал Соррингейл... там. В моей душе словно открылась дыра. Сорок вэйнителей. Даже для Вайолет это запредельное количество. — Когда тебе велели это сообщить? — мой крик заставил солдата вздрогнуть. — Пять часов назад, ваша светлость... Пять часов. За пять часов вэйнители могли высосать жизнь из целого города. Почему я не чувствую её? Почему Тэйрн молчит? Ответ был прост и ужасен. Я не думал ни о политике, ни о последствиях. — Гаррик! — крикнул я, выходя в коридор. Мой лучший друг появился словно из ниоткуда. — Собирай всех. Мы отправляемся на запад...