Часть 35

Тяжёлые изумрудные портьеры были плотно задёрнуты, погружая кабинет в полумрак. Драко Малфой сидел за массивным дубовым столом, низко опустив голову. Бледные пальцы упрямо массировали виски. Каждая мысль отзывалась в черепе глухим, пульсирующим ударом. Тихий щелчок дверного замка заставил его поморщиться. Судя по неторопливым, уверенным шагам, это был один из немногих, кто мог позволить себе войти без стука. — Ну и вид у тебя, приятель, — Блейз Забини остановился у края стола, критически разглядывая друга. — Как самочувствие? — Хуже некуда, — процедил Драко, не открывая глаз. Голос звучал хрипло и безжизненно. Тем не менее, палочка Гермионы, послушная его воле, уже отрезала их от внешнего мира надёжными чарами конфиденциальности. — С утра меня вырвало уже три раза. Кажется, желудок решил полностью эвакуироваться. Блейз лишь хмыкнул, вальяжно опускаясь в глубокое кожаное кресло напротив. — Считай, что тебе повезло. Это самые лёгкие последствия, которых можно было ожидать после столь сильного заклинания. Радуйся, что твои мозги вообще не превратились в овсянку. Драко горько усмехнулся, наконец отнимая руки от лица. — Да уж, лёгкие… Ничего не скажешь. — Он с трудом сглотнул вязкую слюну. — Скажи мне лучше, когда я смогу нормально управлять своими мыслями? Потому что если меня сейчас вызовет Лорд… будет чертовски сложно объяснить, что творится у меня в голове. Забини посерьёзнел. Он побарабанил пальцами по подлокотнику, обдумывая ответ. — Точно не скажу. Я сделал всё, что мог, заштопал твои ментальные щиты как сумел. Но мой тебе совет: недельку лучше ему на глаза не попадаться. Блейз подался вперёд, заглядывая Малфою прямо в лицо. — А теперь выкладывай. Что всё-таки случилось? Драко отвёл взгляд, пальцы судорожно сжались в кулаки, но через мгновение он всё-таки ответил: — Грейнджер. Блейз резко откинулся на спинку кресла и тяжело, обреченно вздохнул, прикрывая глаза рукой. — О, нет… — Только не начинай! — резко перебил его Малфой, и эта вспышка тут же отозвалась новой волной тошноты. Он зажмурился, но упрямо продолжил: — Я много чего узнал, Блейз. Это того стоило. — Ты реально считаешь, что хоть что-то в этом мире может сравниться с твоей собственной жизнью? — в голосе Забини впервые прорезались жёсткие, злые нотки. — Посмотри на себя! Она из тебя чуть инвалида не сделала! — Но не сделала же, — тихо, но твёрдо возразил Драко. Он снова посмотрел на друга, и в его взгляде появилось то, чего Блейз никогда раньше не видел — странная, непоколебимая убеждённость. — И вряд ли она вообще догадывалась о моих ментальных особенностях. Блейз снова вздохнул, медленно покачав головой. На его лице отразилась смесь горькой иронии и искреннего разочарования. — Мерлин, Малфой… Ты её ещё и защищаешь. Ты сошёл с ума, — Блейз на секунду замолчал, и его голос упал до жесткого, глухого шепота. — Если б не мой платок, ты бы сдох от ментального спазма. А ты твердишь мне про её милосердие? — Ты не понимаешь, Блейз, — Драко подался вперёд, невзирая на вспыхнувшую с новой силой боль. — У неё был шанс меня убить. Идеальный шанс. Был — но она не смогла. Забини резко поднялся с кресла. Напускное спокойствие окончательно испарилось, уступив место настоящему, липкому страху — страху, который преследовал каждого, кто хоть раз встречался с Тёмным Лордом. — Прекрати этот бред! Если этот бессмертный палач узнает о твоём общении с Грейнджер, — Блейз выделил каждое слово, понизив голос до едва различимого шипения, — он казнит тебя. Казнит меня. Уничтожит всю твою чёртову семью. Ты это понимаешь? Драко молчал несколько секунд. Острая боль в висках вдруг отступила, сменяясь леденящей, кристальной ясностью. На его бледных губах заиграла слабая, торжествующая усмешка. — А что, если я скажу тебе, Забини… что он не такой уж и бессмертный? Глаза Блейза расширились от шока. На мгновение в кабинете повисла такая оглушительная тишина, что стало слышно каждое дыхание. Забини отступил на шаг, словно Драко только что признался в заражении драконьей оспой, и недоверчиво уставился на него. — Это... это она тебе сказала? — голос Блейза сорвался на сиплый шёпот. Он нервно сглотнул. — Серьёзно, Малфой? И ты ей веришь?! Грейнджер — правая рука Поттера, она наговорит тебе три короба, чтобы заманить в ловушку! — У меня нет причин ей не верить, — глухо, но упрямо ответил Драко, даже не шелохнувшись под этим обвиняющим взглядом. — Но я, разумеется, ещё проверю информацию. Я не собираюсь слепо идти у неё на поводу. — Тормози, Драко! — Блейз всплеснул руками, его аристократическая выдержка окончательно трещала по швам. — Даже если это так... Даже если он уязвим — что дальше? Ты о чём думаешь вообще? Драко медленно поднял голову. — Скажи, Блейз, как ты думаешь, что будет, когда все бунты в Англии утихнут? Посмотри вокруг. Здесь уже фактически установился рабовладельческий строй. Половина страны гниёт в подземных темницах, на них ставят чудовищные магические эксперименты. Другая половина — те, кому «повезло» больше — работает от зари и до зари на полях под надзором егерей. А о судьбе девушек, которые попали в хорошо нам известные заведения, даже говорить противно. Лицо Блейза побледнело. Он заметался по кабинету, словно загнанный в угол зверь. — Вот именно! Скоро всё это закончится! Поймают Поттера, подавят последние очаги Сопротивления — и всё, мы свободны! Мы займём свои законные места в новом Министерстве, Драко! Нужно просто перетерпеть! Драко вдруг хрипло, надрывно рассмеялся. Этот смех тут же отозвался такой резкой вспышкой боли, что он застонал и снова схватился за голову. — Мерлин... — прошипел Малфой сквозь зубы, пережидая приступ тошноты. Когда немного утихло, он продолжил, глядя на друга с горькой жалостью: — Ты наивен, Блейз, если действительно так думаешь. Англия для него — лишь стартовая площадка. Драко опустил руки и подался вперёд, заставляя Забини остановиться и выслушать. — Мой отец уже ведёт тайные переговоры с представителями чистокровных семей из других стран. Лорд хочет мирового господства. Ему мало этой разорённой, запуганной страны. И если ничего не предпринять, он его получит. Но ответь мне: сколько сражений я должен буду пройти ради его амбиций, чтобы просто остаться в живых? На каком из них у меня окончательно закончатся силы, Блейз? Он сделал короткую паузу, ударяя в самое больное: — На каком из них ты сам получишь чёрную метку и пойдёшь в бой, навсегда перечеркнув свой талант к целительству? — И что ты предлагаешь? — тихо спросил Блейз. Он остановился посреди кабинета, скрестив руки на груди, и внимательно посмотрел на друга. Драко выдержал паузу, баюкая гудящую голову ладонями, а затем глухо произнёс: — Ну, если всё, что сказала Грейнджер, окажется правдой... Мы можем им помочь. И выторговать себе свободу в новом мире в обмен на эту помощь. Блейз замер, а затем его лицо исказило глубокое, почти болезненное разочарование. Он медленно покачал головой. — Ну и кто из нас теперь наивен, Драко? — горько усмехнулся Забини, делая шаг к столу. — Ты себя-то слышишь? Неужели ты забыл, за что получил звание лейтенанта? Забыл, сколько людей убил по приказу Лорда? Да тебя разорвут на куски родственники погибших в первый же день после победы Поттера — если эта победа вообще возможна. Для них ты военный преступник, Малфой. Клейма негде ставить. И никакая Грейнджер тебя не отмоет. Каждое слово друга било наотмашь, попадая в самые незащищённые точки. Драко побледнел ещё сильнее, но взгляда не отвёл. — Возможно, ты прав, — тихо, но поразительно спокойно согласился он. — Но и это можно узнать заранее. Задать прямые вопросы и получить гарантии. — Как? — Блейз прищурился, в его голосе проскользнуло искреннее недоумение. — Ты собираешься отправить Поттеру сову с официальным запросом? Или уже доверяешь Грейнджер на слово? Драко слегка выпрямился в кресле. Боль в висках наконец начала утихать, уступая место холодному, расчётному азарту — тому самому, который всегда помогал Малфоям выживать в самые тёмные времена. — Есть у меня одна теория, — Драко едва заметно улыбнулся одними уголками губ. — Но мне нужна помощь, чтобы её проверить. И сразу на меня не кидайся, это просто проверка.