Все, что гнется, ломается / All that bends also breaks

Лео вяло достал телефон, трясущийся палец завис над именем Майки. Он мог бы просто… вообще никому не звонить. Он уже совсем замерз, зубы шумно стучат, но где-то в груди он чувствует, как медленно расцветает тепло, какую-то расслабленность в мышцах, которую он не чувствовал уже очень-очень давно. Дело не в том, что он хочет умереть. Иногда он всего лишь думает, что было бы легче перестать жить.