Мерзавец-самозванец

Мизуки знал о себе одно — он был редкостный мерзавец по натуре. Отрицать не было даже смысла, дурные наклонности проявлялись с самого детства и примеров тому — уйма. В одном мире жизнь буквально выбила из него дурь, сделав более-менее адекватной особью, в другом что-то пошло не так. Он одного не мог понять. Почему эта неприятность выпала именно ему, перевоспитанному, а не версии, которая этого заслуживала. — Тихо, — рявкнул он, не выдержав гвалта тридцати чудо... чад.